eugene_df (eugene_df) wrote,
eugene_df
eugene_df

Categories:

Тестовый "прокат". Читаем, комментируем, критикуем или хвалим.

…На самом деле, первые признаки проблемы – замаячили еще 23 мая. Если бы кто-то обратил внимание на кашляющих людей в метро…. Если бы не лихорадка наступления, охватившая все общество..

25 мая – ситуация взорвалась. В «скорую» стали поступать сперва десятки а потом и тысячи вызовов. Тревожные сигналы посыпались и с фронта. Кроме того – вспышки начались и во многих других городах страны. Особенно много было зафиксировано в Ленинграде, в Свердловске, в Сталинграде…

К вечеру воскресенья – число умерших от странной, новой формы легочной чумы – по всему союзу составило более 30 000 человек. Количество зараженных – оценивалось как минимум в миллион. В стране – было введено особое положение.

Крупные города – опустели. Люди бежали от эпидемии. Бежали подальше от толп, в деревни. Человек-человеку, снова стал волком. Простые граждане боялись подойти к упавшему, боялись помочь друг-другу. Впрочем – присмирели даже криминальные элементы. Зачем тебе цацки, если ты, спустя пару дней, можешь выхаркать свои легкие.

В эти сумрачные дни – опять проявили себя комсомольцы и коммунисты. На заводах – был объявлен чрезвычайный режим. Все коммунисты и комсомольцы – добровольно остались в городах и на рабочих местах. Правительство ввело особый режим довольствия, включающий в себя огромное количество фруктов. Рабочих – перевели на казарменный режим. В казармах же «прописались» и дежурные врачи. Очень на руку оказался недавно открытый группой Ваксмана-Красильникова стрептомицин. Выяснилось что он активен в отношении возбудителей чумы, и данный, очевидно, модифицированный штамм – к нему даже более восприимчив чем обычный. Другое дело, что антибиотика было мало. Катастрофически мало…

Тем не менее – врачи делали все возможное и невозможное. Ксюшка рвалась тоже лично воевать с чумой, но, каюсь, моей порядочности, на нее не хватило. Наверное я и без того очень многое потерял с этой хронопереброской, и нести новые потери – совершенно не хотел. Так что – я воспользовался всем своим весом и сумел через Лаврентия Павловича добиться отправки обеих своих «девок» (и окольцованной и хвостатой) в Штаты. Ксюшу – в качестве лаборантки в группу Ваксмана, ну а Лейлу – охранять Ксюшку.
Сам – разумеется остался. К слову – подкинул идею использования парацетамола в интенсивной терапии больных. Точнее подтвердил уже существующую, информацией о том, что он активно применяется у нас.

Ситуация, конечно, стала близкой к критической.


Массовое бегство горожан в деревни – привело к тому что чума попала и туда. Это – не могло не сказаться на производстве продуктов питания. Деревенские чуть не начали отстрел беженцев (хотя почему чуть – случаи были и немало), но помогло вмешательство местных партработников. Была организована система карантинных «скородомов», куда помещались на неделю прибывшие беженцы. Если выявлялся очаг – судьба их была печальна. Жестокие времена – требовали жестоких мер. Зараженный «скородом» изолировался, и через двое суток после обнаружения заражения сжигался. Условно считалось, что живых в нем не оставалось. Возможности лечить зараженных в деревнях, как нетрудно понять, у страны – просто не было. Не хватало элементарных лекарств, врачей да и койкомест в фельдшерских пунктах.

Ставка, решением большинства голосов – была вывезена из Москвы.


1 июня 1941 года, с подмосковного аэродрома «Чкаловский» в небо ушло пять бомбардировщиков «Конкорд». Спустя еще два часа – со всех прифронтовых аэродромов страны поднялась воздушная армада, какой еще не видело небо.

Как гласило коммюнике, опубликованное в тот самый момент, когда от земли отрывался «костыль» последнего из бомбардировщиков:

«Руководство СССР и США, равно как и весь цивилизованный мир – потрясено чудовищным преступлением, совершенным нацистами. Бесчеловечное, зверское и подлое применение бактериального оружия, направленного прежде всего против гражданского населения – окончательно снимает маску со звериного лица еврофашизма. В сложившихся условиях, ответственность за произошедшее лежит на гражданах всех стран-агрессоров, допустивших приход к власти преступников.

В связи с этим, у союзного командования не остается иного выхода, кроме как применить все доступные средства поражения для нанесения удара возмездия.

Да поймут нас потомки и да поможет нам бог».

Коротко и по существу.

Впрочем – немцы получили послание раньше чем до них дошел меморандум. Послание дошло в тот момент, когда над куполом Рейхстага встало рукотворное солнце.

Бомба была только одна. И мы постарались применить ее наиболее эффективно.

Впрочем – это не означает что для остальных городов Европы все прошло безболезненно. Запасы химического оружия у СССР и США – были огромны. И все оно сейчас рухнуло на известные союзникам промышленные центры.

Нет, мы не бомбили жилые кварталы, там, где это было возможно. Мы не бросали бомб на госпиталя и детские сады.

Бомбы летели на производства, на заводы, на верфи, на ремонтные цеха.

Мы – выбивали квалифицированную рабочую силу. По каждому объекту работали вперемешку и фугасами и газами и напалмом. Три тысячи Б-17, три сотни ДБ-3 – воздушная армада оказалась крайне внушительной.
Помимо Берлина – сплошному бомбовому удару подверглись, так же, Париж и Варшава. И там и там – активно применялось газовое оружие.


А уже на следующий день – мы узнали, что приятным бонусом к нашему удару стала смерть Гитлера.

Геббельс, который выжил, фактически, чудом (в тот день – он срочно выехал на аэродром, что бы отправится в Париж. Там назревала серьезная буча под лозунгом «мы так не договаривались» - потери на фронте оказались крайне высоки, да еще и снабжение вакциной задерживалось, что могло привести к этакому бактериальному «дружественному огню») – бесновался в эфире. Он кричал про чудовищную антисанитарию, которую развели большевики с американцами и из-за которой, у нас и начались эпидемии всего чего попало. Кричал, что мы использовали повод для нанесения удара. Клялся, что месть Германии будет страшной. Попутно – совершенно бессвязно, обзывал нас безбожниками и утверждал что случившееся ни что иное, как божественная «моровая язва» из библии.

А в это время, в подвалах здания Эдварда Гувера, агенты ФБР проводили интенсивные допросы сдавшегося в руки сотрудников таможни чумного диверсанта из «Детей Фреи», резко осознавшего, что мучительно умирать ему не хочется. У диверсанта был изъят пластиковый инжектор с культурой бактерий (и передан в бактериологические лаборатории союзников. Главным образом – в лабораторию профессора Элиавы.).
Допросы велись под запись на пленку и магнитную ленту.

Удары альянса продолжались в конвейерном режиме. Люди, техника – работали на пределе возможностей. Мы теряли десятки бомбардировщиков и сотни пилотов, наши истребители сопровождения – гибли, отвлекая на себя, слава богу, немногочисленные реактивные самолеты противника…. И все же – летчики не просили пощады, аэродромные службы умудрялись падая от усталости – снаряжать машины новыми и новыми бомбами, начиненными как взрывчаткой, так и самыми страшными ядами, известными человечеству.

Войска наземные – закусили удила. У многих солдат, сейчас, в тылу, умирали в мучениях родные и близкие, а они не могли даже получить от них последнего письма.

Война стала не просто всеобщей. Война стала войной на истребление. Пленных уже не брали. Это понимали и войска противника, удерживаясь до последнего человека.

Впрочем – в условиях тотальной газовой войны это был вопрос весьма условный. Ни одно наше наступление не начиналось без предварительной артподготовки газовыми снарядами. Газовые погреба США – казались неисчерпаемыми.

Роли поменялись. Теперь – наступал Альянс. Европейцы честно пытались зацепится за каждый выступ, но с американским конвейером, русскими оружейными разработками, и массированным применением ОМП – это было почти невозможно.

Наличие у еврофашистов реактивной авиации – было нивелировано численным превосходством авиации союзников. Фактически – к середине июля, воздух безраздельно принадлежал союзной авиации. Видя, что Германия не отвечает на наши бомбежки атомным оружием – проснулась и Великобритания. 20 июля – на Острове началось массированное гражданское восстание. С лозунгом «Помни Саутхемптон» - английские фермеры вооруженные кто новеньким «энфилдом», а кто дедовским, англо-бурским монстром – ровненько и споро развешивали по столбам представителей оккупационных властей.

Чаша весов качнулась в другую сторону. Вот только в тылу СССР – бушевала чудовищная эпидемия, и несмотря на все принятые меры, окончательно ее подавить пока не удавалось.
Tags: Литература, Мастерская, Обсуждение, Попаданец
Subscribe

promo eugene_df june 8, 2025 14:01 94
Buy for 100 tokens
Стало уже хорошим тоном - держать первым постом небольшой дисклеймер. Поддамся пожалуй этой моде и я. Итак, добро пожаловать в мой журнал. Заранее оговорюсь. Это нифига не дневник. "Литдыбров" здесь практически не бывает. В первую очередь - это дискуссионный клуб. Основные темы - это политика…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments