eugene_df (eugene_df) wrote,
eugene_df
eugene_df

Герхард. Орден. Часть 5.

...Третий уровень подземелья под виллой фон Шпенглеров, был построен как наиболее защищенная часть поместья. Достаточно сказать, что перекрытие между вторым и третьим ярусом (цельное скальное основание) само по себе было в пару этажей толщиной. Строители этих катакомб, отстроив два подземных этажа, пробили штольню еще на пятнадцать метров вглубь скалы, и уже там - вырубили немалых размеров пещеру. Когда-то, туда вела только винтовая лестница, проходившая как раз через штольню, но в начале 20-го века в ходе капитального ремонта виллы (в процессе которого, поместье окончательно избавилось от замковых черт) - была прорублена еще одна, параллельная первой, штольня, в которой разместили электрический лифт с необычной цилиндрической кабиной.

В любом случае, спустившийся вниз оказывался в "предбаннике". Небольшом, прямоугольном помещении, заканчивавшемся огромной каменной дверью. Механизм ее вращения был столь сбалансирован, что для ее открытия в обычном режиме - хватило бы усилия ребенка. Впрочем, в случае необходимости, данный механизм легко выводился из строя, что делало примерно десятитонную дверь - непреодолимым для физической силы препятствием. Сама дверь была покрыта паутиной переплетающихся линий, в закрытом состоянии складывавшихся в узор графического заклятия.

Сразу за дверью - начинался ОСОБЫЙ архив. Собственно, основная часть обширной коллекции фон Шпенглеров располагалась на втором подземном этаже, на глубине, прмерно тридцати метров от поверхности земли. Там, размещенные в витринах из заклятого стекла, со всеми необходимыми предосторожностями лежали диковинки и артефакты... Скажем так, достаточно обычные.

В архиве же, никаких витрин не было. Были там освинцованные и герметично запираемые ячейки, каждая из которых была покрыта слоями выгравированных сдерживающих пантаклей, рун и иных куда менее разрекламированных магических символов. Артефакты, которые хранились в архиве - отличались изрядной мощью, и, нередко, очень высокой ценой своего применения. В общем, в архиве Герхард старался не копаться лишний раз.

в противоположной от "бункерной" двери, стене архива - была еще одна небольшая дверь. За ней скрывался сравнительно узкий коридор, идущий под уклоном еще метров на десять вглубь скалы. Заканчивался он еще одной каменной дверью за которой располагалась круглая комната, метров тридцати в поперечнике, с высоким, сводчатым потолком и великолепной вентиляцией организованной предками Герхарда неизвестным образом. Комната неплохо освещалась тремя кристаллическими панелями, вмонтированными в потолок лепестками, на подобии международного знака радиации. Панели светились рассеянным, теплым желтым светом.

В центре комнаты располагался десятиметровый дисковый механизм. Сложная система реек и рычагов позволяла легко сформировать на его поверхности замкнутую фигуру, практически любой сложности. Металл, использованный в рейках из которых и складывались контуры фигуры был алхимическим сплавом золота, серебра и олова, при этом сами рейки были вплавленны в чистейшее медное основание.

Ближе к выходу - располагалась кафедра, для мага проводящего ритуал. По стенам - были вырублены удобные шкафы-стеллажи с кучей алхимических и магических ингредиентов. В принципе, поворотом нескольких рычагов, диск мог быть превернут, после чего, на его оборотной стороне обнаруживался набор сугубо алхимических приспособлений, таких как котел, перегонный куб и универсальный стол.

Предназначалось данное помещение для того, что бы максимально оградить семью от наиболее серьезных, могущественных и страшных ритуалов. Каменная толща, исписанная вязью защитных заклятий и щедро засыпанная руническими чарами - экранировала практически все, что только могло выплеснуться в ходе экспериментов. Далеко не каждый фон Шпенглер - был магом. Но, однако, те что были - никогда не уставали лишний раз восхвалить предусмотрительность одного из своих предков.

Сюда, в защищенную часть, Кадэнс с Герхардом спускалась очень редко. Фон Шпенглер был, все же, не профессиональным колдуном, а скорее исследователем, так что в основном поднаторел в прикладной магии и не ритуальной. В итоге - даже ритуалы, если они были не слишком сложными или опасными, предпочитал проводить на поверхности, или хотя бы в обычном подвале, где располагалась его основная лаборатория. Очень уж "давили на темечко" десятки метров горной породы.

По большому счету, то, что они собиралсиь сделать в этот раз - тоже не проходило по категории опасной магии. В данном случае, востребованным был другой аспект "тайной комнаты". Дело в том, что чары защищавшие ее от прорыва - работали и в обратную сторону. Творение в ней волшбы - даже очень опытному магу удалось бы засечь только находясь буквально в шаге от этой самой комнаты. Пожалуй, даже богам и их посланцам заглянуть в эту камеру было бы нелегко.

Порошок из костей проклятого (не отпетого по канону самоубийцы-христианина, преданного малой анафеме) - показал вполне определенно, что над телом погибшего, еще при жизни производили некие метафизические манипуляции... Вот только не магического а теологического толку. Проще говоря, все произошедшее проходило по божественной а не магической части.

Боги, будучи скованными кучей установленных еще Создателем правил, тем не менее, были существами безгранично, в сравнении с Герхардом, могучими. Именно поэтому, вести свое расследование он, после этого открытия, собирался максимально тайно. Не привлекая внимания божества, стоявшего за этим убийством. Во всяком случае - не привлекая его раньше времени.

По хорошему, Герхард был последователем Богини (Очень условно. Примерно на том же уровне, на каком ни разу не заходивший в церковь москвич - считает себя христианином), так что, в самом крайнем случае, она, возможно, защитила бы своего адепта от чужого божества (являясь магом - Герхард просто априори попадал под аспект Великой Богини, что очень сильно упрочивало ее позиции в его защите), но, говоря откровенно, проверять это, Герхарду совершенно не улыбалось: а ну, не защитит?

В общем, по здравому размышлению, ритуал общения с духом - было решено проводить именно в защищенной комнате.

- Герк, слушай.. Помнишь ты Ивану рассказывал, что этот вид некромантии - опасен для души? Ты уверен, что оно того стоит?

- Ну... Это не совсем тот ритуал.

- Погоди, но мы же собираемся общаться с духом мертвеца?

- Именно. С духом но не с душей. То, что я сейчас буду делать - это спиритизм а не некромантия. - Герхард закончил расставлять свечи (обыкновенные, стеариновые) по уграм сложной, асимметричной замкнутой фигуры.

- Там мы не знали, жива Василиса или нет. Я собирался выдернуть для беседы ее душу. Здесь мы не выдергиваем а зовем. Причем не саму душу, а лишь ее проекцию. Посмертную проекцию: "бионекротический слепок" как это обозначил Николас в свое время. В принципе, связь у этого слепка с душей есть, и поговорить в ходе ритуала мы сможем и с самой душей, если нам приспичит. Но - никакого принуждения.

- Любопытно... А что мешало нам то же самое проделать с Василисой сразу?

- Для проведения этого ритуала - нужно быть уверенным, что объект мертв. В противном случае, мало того, что не сработает, так еще и Отдачей может очень здорово "ушибить".

- А сил тебе хватит, любовь моя?

- Хватит. Это же не чары, которые жрут ману и на формирование и на поддержание. Ритуал - это как рычаг. Мы размениваем мощность на продолжительность.

- Так вот зачем все эти "пляски с бубном"!

- Ну... Мы не шаманить идем, так что именно плясок и именно с бубном не обещаю. Но - интересно тебе, пожалуй, будет.

- Уже заранее предвкушаю.

Маг закончил подготовку. Теперь, окруженная свечами, в центре многоугольника покоилась чаша с дымящейся кровью ягненка. Сам ягненок был жив - Кадэнс исцелила раны зверушки и теперь, гладила доверчиво прижавшуюся к ней овечку, не отрывая глаз от чаши.

Герхард встал за кафедру, воздел руки в ритуальном жесте, после чего заговорил. Голос мага звучал гулко, мощно, властно и вместе с тем - страстно. Сердце Кадэнс замерло от восхищения и любви - она обожала голос своего мага, особенно в такие моменты.

- To pnévma pou cháthike, den échoun dei tin ekdíkisi, ton opoíon i artiriakí tóra na ríxei sto édafos:
Anatrichiastikó vasíleio sas parotrýno na aporrípsei. O aéras ton zontanón kai páli na anapnéete vathiá.
Thysiastikó aíma xedipsásete edó apó ta chéria mou. Boreíte - apantísoun se aplés erotíseis se antállagma*

На последних словах заклинания, реальность над чашей треснула неровной щелью. По лаборатории плеснул холод и пахнуло могилой. Ярко вспыхнули линии многоугольника, сдерживая чуждую силу внутри защитной фигуры. Сквозь разрыв в пространстве высунулась черная, словно обгорелая рука, затем вторая. Чудовищно изогнувшись, выставляя наружу локти, руки вцепились в края разрыва, вывернулись еще больше и в проем высунулась голова. Глаза Герхарда несколько расширились от удивления. Похоже, что-то шло не совсем по плану. Впрочем, это, надо полагать, тоже было предусмотрено. Во всяком случае, маг совершенно спокойно положил руку на предмет лежащий на кафедре и жестко, со сталью в голосе, произнес одну единственную фразу:

- Kérveros, fýlakas ton nekrón! Na eíste étoimoi na ektelésoun to kathíkon sas.**

Кадэнс ощутила, что места в комнате стало существенно меньше. Адский страж не явился воплоти. Но проявил свою силу.

Тем временем, обгорелое существо вылезло уже по грудь. Страшный, узкий, деформированный череп с лохмотьями обгорелой кожи заворочался, обводя комнату взглядом слепых глазниц, наткнулся на чашу с кровью и вперился в нее. Еще один неловкий рывок и костяк ничком рухнул рядышком с чашей. Пару секунд он лежал неподвижно, после чего рванными движениями протянул руки и неловко ухватил чашу, с трудом оторвал ее от пола, поднял и, буквально, влил в себя ее содержимое. На глазах, с каждым глотком, ужасный пришелец приобретал все более человекообразные черты, приближаясь к тому облику, который Кадэнс с Герхардом видели на месте преступления. Наконец, чаша опустела. Бронзовая чаша упала на пол. Дух, обретший некое подобие плоти - повернулся к Герхарду.

- Я не знаю кто ты, мужик, но спасибо! Что мне нужно сделать, что бы никогда больше туда не возвращаться?

- Вы быстро сориентировались. Не думал, что вы сможете отозваться на зов духа - лично.

- Парень, я был в аду! Буквально! Еще бы я не использовал любую возможность. Меня еще при жизни называли "верткий Август". Давай лучше ближе к делу. Чего тебе надо и что мне подписать, что бы выбраться из этого кошмара?

- Тут я вам не помогу. Вы осуждены за свои преступления и не мне нарушать этот порядок. Могу лишь дать вам надежду: возможно, однажды вас "амнистируют". Ад - далеко не всегда навсегда. Сумеете сохранить в себе человечность и преумножить ее - и рано или поздно перестанете удовлетворять критериям ада. Что будет дальше - не скажу. Не знаю. Возможно пойдете на перерождение, возможно - кто-то из богов вас заберет. Сейчас же - мне нужны ответы.

- Ты шутишь?! Ты только что сказал, что вернешь меня в ад, как только вытянешь из меня все, что тебе нужно. Да хрен тебе во все рыло!

- В общем, предсказуемо. Вот только я ищу того, кто вас убил. Так мерзко убил. Неужели вы не заинтересованны в том, что бы я его нашел?

- А это смотря зачем тебе он понадобился. Если ты дашь клятву, что угробишь его - я подумаю над тем, что бы дать тебе информацию. А если нет... Кто тебя знает - может тебе его методы понравились.

- Знаете, Август, боюсь, что это не вопрос выбора. Вы приняли и выпили жертвенную кровь. Отказавшись отвечать на мои вопросы - вы только себе повредите.

- Чем? Я уже в аду!

- Ну, если вы не пойдете на сотрудничество, я буду вынужден воззвать к вашим хозяевам за содействием.

- Если я раньше тебя не заткну! - Август без предупреждения бросился на мага. Разумеется, многоугольник удержал озлобленную душу в ее клетке. Удар лишь вернулся обратно, отшвырнув мертвеца на пол.

- Kérveros! Fonázo se séna!*** - Герхард был абсолютно спокоен.

С трудом поднявшийся на ноги Мейснер застыл в ужасе. Цербер так и не возник "во плоти", но сгустился рядом со своим подопечным сосредочив в очень небольшом объеме свое могущество и ауру силы. Кадэнс напряглась и сконцентрировала свое внешнее зрение на многоугольнике, спустя секунду она обнаружила, что рядом с Августом обосновался крупный, размером с теленка, лохматый пес черной масти. Голова, впрочем, была лишь одна. Зато крайне внушительного размера. Удивительно, но внешне Цербер не выглядел чудовищем. Скорее он походил на сенбернара или кавказскую овчарку. Крупная, мощная, лохматая собака. Вот только глаза горели оранжевым пламенем, да из пасти и носа периодически вырывались языки огня.

- Я расскажу. Я все расскажу. Я понял. Урок усвоен.

- Ну вот и хорошо. Итак, с чего все началось? Вы с кем-то поругались? Что-то неподелили?...

*Дух что погиб, не узрев отомщенья, кровь чью сейчас проливаю на землю:
Мрачное царство тебя призываю отринуть, воздух еще раз вдохнуть полной грудью.
Жертвенной кровью твою утолю здесь я жажду. Ты же - ответишь взамен на вопросы простые.

**Цербер, страж мертвых! Будь готов исполнить долг свой!

***Цербер! К тебе взываю!
Tags: Герхард Берски фон Шпенглер, Литература, Мастерская, Обсуждение
Subscribe

promo eugene_df june 8, 2025 14:01 94
Buy for 100 tokens
Стало уже хорошим тоном - держать первым постом небольшой дисклеймер. Поддамся пожалуй этой моде и я. Итак, добро пожаловать в мой журнал. Заранее оговорюсь. Это нифига не дневник. "Литдыбров" здесь практически не бывает. В первую очередь - это дискуссионный клуб. Основные темы - это политика…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments